Бывший «лучший министр финансов», ныне глава Счетной палаты Алексей Кудрин посчитал, сколько стоит избавить страну от бедности. Всего-навсего 200 млрд рублей в год. Народ возбудился, а зря: идея совершенно фейковая.
Судите сами. Сегодня на социальную поддержку населения — детям и ветеранам, инвалидам и чернобыльцам и прочим нуждающимся — совокупно выделяется больше 11 трлн рублей в год. Но бедняков в стране по-прежнему много — почти пятая часть взрослого населения, чьи официальные доходы недотягивают до прожиточного минимума (11 185 рублей в месяц, у трудоспособного населения — чуть больше, у детей и пенсионеров — чуть меньше). То есть если доход составляет 11 тысяч — ты официальный бедняк, а если 11 200 — вполне благополучный кандидат в представители среднего класса.
И вот экс-министр предлагает к общим «социальным» 11 трлн рублей добавить еще 200 млрд (1,8%), поправив за гроши печальную статистику. И сразу солнце засияет, из числа официальных бедных исключат 40% бедолаг. Чиновники похвастаются очередными победами в борьбе с бедностью, но станет ли легче самим беднякам?
Кстати, деньги на эту мизерную прибавку у правительства уже имеются: в уходящем году планируется исполнение федерального бюджета с профицитом в 1,48 трлн рублей — почти в 8 раз больше, чем требуется по кудринскому предложению. А бюджет следующего, 2020 года — с профицитом в 0,9 трлн — еще 4,5 годовой «прибавки на бедность».
Это вовсе не означает, что страна начала богатеть. Профицит бюджета создала не экономика, а ударная работа Федеральной налоговой службы (ФНС). За минувшую пятилетку налоговые поступления в федеральный, региональные и муниципальные бюджеты выросли на 60%, хотя совокупный рост самой экономики не превысил 5%. В прошлом году при ее росте на 1,2% прибавка налоговых сборов составила 39,6%. Как говорит глава ФНС Михаил Мишустин, эти данные свидетельствуют «о сокращении теневого сектора за счет создания прозрачных условий администрирования и комфортных условий для добросовестных плательщиков».
Здорово? Но Минэкономразвития признает, что этот процесс имеет и обратную сторону — «тормозит экономический рост и тянет вниз реальные располагаемые доходы населения». Только за 2018 год бизнес и население лишились огромной суммы — около полутриллиона рублей. Спрашивается: зачем эти деньги казне?
Известно, как много из нее исчезает по карманам, разворовывается. 11 ноября на совещании с правительством, в очередной раз обратив внимание на ситуацию со стройкой века — космодромом Восточный, Владимир Путин устало резюмировал: «Сто раз сказано было: «Работайте прозрачно. Деньги большие выделяются. Проект тоже носит практически общенациональный характер». Нет! Воруют сотнями миллионов, сотнями миллионов. Уже несколько десятков уголовных дел возбуждено. Состоялись уже решения судов, в тюрьме люди сидят. Нет. Порядка там нет до сих пор и не удалось навести как следует»...
Напомним: всего на строительство космодрома в Амурской области выделен 91 млрд, из которых освоено 66 млрд, из которых украдено 11 млрд, из которых удалось вернуть лишь 3,5 млрд рублей. А сколько таких «космодромов» сооружается еще?
Но все это мелочь в сравнении с замороженными бюджетными деньгами. Как сообщила на днях зампредседателя Счетной палаты Галина Изотова, только за нынешний год неосвоенная сумма может достичь триллиона! При запланированных годовых расходах в 18,3 трлн за первые девять месяцев израсходовано лишь 62,9% от годового плана.
Кто-то радостно скажет: «Но ведь не украдено!» А что хорошего в такой «экономности»? Во-первых, пока не украдено, наверняка при «срочном освоении» этого триллиона процент воровства взлетит до небес. Во-вторых, эти деньги — налоговые платежи бизнеса и населения — могли быть с пользой потрачены и предпринимателями, и обычными россиянами: на инвестиции в расширение производства и создание новых бизнесов, строительство квартир и дач, обучение детей, лечение больных, поездки на курорт и обычные походы в ближайший супермаркет. Но власть сказала: «Отдай, мне нужнее!» — и профукала огромные суммы. И никто ни разу не попытался просчитать, сколько новых бизнесов было бы создано (а действующих — расширилось), оставь чиновники эти деньги тем, кто их заработал. Сколько бедных не по статистике, а в реальности выкарабкались бы из нищеты...
Теперь за нерадивых чиновников обещает взяться прокуратура. Как заявил на Совете по стратегическому развитию и нацпроектам генпрокурор Юрий Чайка, они уже «выявили 2,5 тысячи нарушений законов при реализации нацпроектов» — прежде всего «неосвоение бюджетных средств на всех уровнях и этапах». Здесь ситуация еще хуже, чем в общем исполнении федерального бюджета: за девять месяцев потрачено лишь 52,1% от годового плана. В «лидерах» исполнители нацпроектов «Экология» (22% за январь — сентябрь) и «Цифровая экономика» (12%). А премьер Дмитрий Медведев добавляет, что «есть риски недостижения показателей 2019 года по таким нацпроектам, как поддержка экспорта и малого и среднего бизнеса, а также стимулирования роста производительности труда».
А ведь это все острейшие проблемы российской экономики! В стране за последний год почти на 600 тысяч упала численность работников в сфере малого и среднего бизнеса и на 116 тысяч — само количество предприятий. Причем снижение происходило планомерно: по данным ФНС, из 12 месяцев не было ни одного, по итогам которого численность работников малого и среднего бизнеса показала бы позитивную динамику.
«Снижение числа компаний, а значит, и занятости связано с недоверием предпринимательского сообщества к объявленным государством мерам господдержки бизнеса, — утверждает сопредседатель бизнес-объединения «Деловая Россия» Антон Данилов-Данильян. — Предприниматели настороженно относятся к льготным программам, так как это грозит им в дальнейшем избыточными проверками, а в худшем случае и закрытием бизнеса».
Но в России не только бизнес не верит государству — власть отвечает ему взаимностью. На этой неделе директор Росфинмониторинга Юрий Чиханчин отчитывался перед президентом о запуске системы мониторинга за движением денег в рамках национальных проектов, позволяющей контролировать выделяемые средства. «Механизм такой отлаживается, — сообщил Юрий Чиханчин. — Мы вышли на категорию выявления недобросовестных исполнителей и вышли на три формы взаимодействия: это профилактические факторы, когда мы не даем просто деньги растащить; препятствующие, то есть расторгаются договоры, контракты; и пресекающие — это уже уголовные дела... Система всеохватывающая и подробная. Разработана таблица с раскладкой по каждому нацпроекту, по министерствам и ведомствам. И мы видим движение: сколько выделилось средств, сколько освоено, сколько законтрактовано, сколько пошло движений уже по кассе. А желтое — это количество исполнителей, которые попали в зону риска, требуют особого внимания. К сожалению, здесь есть по ряду направлений все-таки довольно высокий процент, и мы сейчас по ведомствам, непосредственно по каждому направлению работаем... совместно с Генпрокуратурой, ФСБ, Казначейством выявляем узкие места и стараемся туда пройти».
Извините за длинную цитату. Хотелось просто напомнить, что контроль «за каждым рублем» введен в систему финансирования нацпроектов, разработанных не бандгруппами, а федеральными министерствами совместно с региональными администрациями, проходящими строжайший фильтр банков, участвующих в реализации всех программ. И такой жалкий разговор...
И снова возникает горькое признание президента: «Воруют сотнями миллионов, сотнями миллионов». Может, у нас «в консерваториях» что-то не так?
