Труд: «Выстрел» попал в «десятку»

Главная Культура 12:52 02 Мая 2024 4371

«Выстрел» попал в «десятку»

Угодить Пушкину в год 225-летия трудно, но можно

Напечатать

Актеры Полина Рафеева и Семен Арзуманов в главе «Метель». Фото Людмилы Коневцевой предоставлено Театром имени Вахтангова

После вахтанговского «Евгения Онегина» в постановке Римаса Туминаса трудно было представить, что кто-то в этом театре в обозримый срок решится обратиться к произведениям Пушкина: уж слишком ярок тот спектакль, продолжающий идти в репертуаре. И тем не менее…

По поводу нового замысла теперешнего главного режиссера Анатолия Шульева сразу возник вопрос: сумеет ли он (недавно подтвердивший свой потенциал шумным успехом «Амадея» с участием Алексея Гуськова и Виктора Добронравова) одолеть «Повести Пушкина» (по четырем из пяти «Повестей Белкина») с молодыми по преимуществу актерами? Ведь такие это разные по жанру, стилистике и темпо-ритму истории – «Барышня-крестьянка», «Выстрел», «Метель», «Станционный смотритель».

Сентиментальная интрига «Барышни...», хорошо известная каждому по школьной программе, на этот раз создала ощущение забавного анекдота. О том, как сын помещика Берестова Алексей в исполнении Константина Белошапки клюет от скуки на прелести хорошенькой крестьянки Акулины, не подозревая, что то сменившая имя Лиза (актриса Анна Чумак), дочь соседнего помещика Муромского, решившая для смеха разыграть молодого барина. Но пустячок незаметно превращается в романтическое приключение, просыпаются чувства – у Пушкина настоящие, но актерами, к сожалению, лишь изображаемые. Лиза пищит, как птичка певчая, ходит на цыпочках и поминутно заглядывает на рокового героя с черным перстнем на указательном пальце. В общем, как ни крути, а счастливый финал заранее предсказуем на радость добродушным папенькам и всей родне. А вот угодили ли исполнители Пушкину или нет, это еще надо подумать.

Зато «Выстрел» попал в «десятку». Здесь все обыгрывается по-настоящему, включая магию случая, делающего человека игрушкой судьбы. Свидетель всего происходящего в далеком военном гарнизоне, а точнее ведущий в исполнении Валерия Ушакова наблюдает за пьяными оргиями офицеров полка, собирающихся по вечерам у Сильвио (актер Александр Горбатый). Персонаж этот, как мы помним, человек замкнутый, суровый, а в вахтанговском варианте и похожий на Демона в черном одеянии. Натура не мелочная – охотно дает в долг, но не дай Бог кому-то наступить на его больную мозоль, тут никакие извинения не помогут...По всему видно– уязвленное самолюбие и несмываемый позор не дают ему покоя, разрывая сердце. Только однажды Сильвио, срочно засобиравшись в дорогу после получения некоего письма, приоткрывает завесу над страшной тайной, связанной с несостоявшейся дуэлью из-за нанесенной ему на балу пощечины. Наконец он может отомстить обидчику, переехавшему в Москву с красавицей женой, а значит заставить сражаться и просить пощады. Но, как говорится, «не на того напал».Противник-граф готов стреляться с непрошенным гостем, коль дал ему когда-то согласие на завершение дуэли. Единственное, о чем он просит: сделать это до прихода жены. Не получилось. Увидев нависшую над любимым человеком угрозу, графиня (актриса Анастасия Джентилини) падает к ногам незнакомца, умоляя не совершать кровавый поступок. Тщеславие Сильвио удовлетворено, а чтобы о том помнили и другие – он с необыкновенной меткостью стреляет в картину на стене, ощущая притом, что с возвращением долга пропал и жизненный мотив, оставив в душе непрошенную пустоту.

Одна из лучших сцен в спектакле заканчивается образной метафорой – рухнувшей сосной с вывернутыми корнями. Пространство сцены заполняется коротким танцем офицеров в багряном свете на поваленном дереве.

Переложить прозу, даже гениальную, на сценический язык весьма сложно, и тут без яркой сценографии Максима Обрезкова было никак не обойтись. В ставшей одной из центральных историй спектакля «Метели» открытая территория сцены с падающим снегом поначалу кажется сказочной, но уже через минуту разбушевавшаяся стихия создает атмосферу страха и человеческой беспомощности. Герои стоят тесно прижавших друг к другу, образуя нечто похожее на снежную скульптуру (такую же мизансцену можно было увидеть в спектакле «Маскарад» Туминаса, наставника и учителя Шульева). Судьба сыграла злую шутку с несчастным прапорщиком Владимиром, заблудившимся в ночном лесу из-за метели и потому опоздавшим на тайное венчание с Машей (актриса Полина Рафеева). И опять, в который раз, герои пытаются разгадать извечную загадку, загаданную Его Величеством Случаем. Только в отличие от «Барышни...» Владимир и Маша не сыграют свадьбу, ибо Марью Гавриловну по ошибке обвенчают с другим человеком, о чем она вынуждена будет молчать и оставаться без вины виноватой. Проблему решает другой, счастливый случай – встреча с тем, кто в реальности оказался ее тайным мужем. Полковник Бурмин (актер Дмитрий Соломыкин), живущий по соседству и раскаивающийся в легкомысленном поступке молодости, долго будет стоять на коленях и выпрашивать прощение у той, чья судьба оказалась в его руках.

«Станционный смотритель», в программке смело иллюстрируемый «Черным квадратом» Малевича, символизирует множество смыслов. Так, он заключает в себе трагическую исповедь Самсона Вырина (в исполнении удивительного мастера перевоплощения Александра Рыщенкова) о постигшем его большом горе, после чего жизнь стала не в радость, так как единственная дочь сбежала, оставив доживать век в одиночестве и разрухе. Старик корит себя за то, что не ценил счастья, когда рядом с ним жила 14-летняя Дуня (актриса Анна Ляхова). Веселая хохотушка была способна погасить любой конфликт – например, с разгневанным барином, требующим лошадей. А он, отец, по своей наивной доброте, не смог распознать в заезжем гусаре хитрого ловеласа, соблазнившего доверчивую дочурку.

Рассказывая о своих злоключениях в холодном Петербурге, куда Вырин подался в поисках «заблудшей овечки», он, задыхаясь от возмущения, описывает первое свидание с циничным Минским, (убедительно сыгранным Александром Горбатовым), решившим откупиться от старика несколькими сотенными бумажками, тут же брошенными на улице оскорбленным Выриным. Ну, а когда он увидел роскошно одетую Дуню в объятиях Минского, забывшую о родном отце, то понял: просить счастливую дочь вернуться на почтовую станцию бессмысленно. Когда через четыре года собеседник старого смотрителя заехал в те места, то обнаружил, что Самсон Вырин давно умер. То ли от горя, то ли от пьянства... Ничто в этой жизни не проходит бесследно, и рано или поздно каяться придется. Оказывается, уже взрослая Дуня с тремя детками приезжала на могилу отца,дала священнику денег на помин его души, только вряд ли таким образом можно искупить вину.

Так заканчивается трехчасовой спектакль Анатолия Шульева «Повести Пушкина», оставляя в памяти зрителей много такого, от чего душа начинает светиться и наполняться добром.

Повести Пушкина Театр Вахтангова

Напечатать

Культура 00:02 / 29 Мая 2026 16394

К чему все эти церемонии?

Градозащитники Петербурга могут лишиться возможности заявлять о вновь выявленных ценных зданиях

Ирина Смирнова

Труд

К очередному дню рождения Петербурга, который отмечался 27 мая, Смольный сделал себе подарок: в Заксобрание внесен губернаторский законопроект о праве комитета по госконтролю и охране памятников (КГИОП) отклонять...