Каждый день (кроме выходных) мы видим ее на телеэкране. Обаятельная блондинка из звездной актерско-режиссерской семьи ухитрилась поднять жанр телеинтервью на новую высоту и превратить мертвое дневное время на Первом канале в настоящий прайм-тайм. И сейчас прийти в гости к ней в программу «Наедине со всеми» — большая честь для любой звезды. За зеленым чаем в одном из московских кафе мы попробовали выяснить, как стать телезвездой.
— Юля, телевидение для вас — детская мечта?
— Нет, мое желание работать на телевидении сформировалось в 90-е. Я тогда работала во МХТе и поняла, что театр — совсем не про меня. Так мне тогда показалось. И время этому способствовало. Зрителю было не до театра. А на телевидении вдруг стали происходить неожиданные вещи.
— Какие именно?
— Появились новые актуальные программы, созвучные зрительским ожиданиям, — «Взгляд», «Музобоз». И мне хотелось быть там, где люди занимаются чем-то новым и талантливым.
— А что дала программа «Я сама» на ТВ-6, так популярная в 90-е?
— Это был самый важный телевизионный опыт, который я получила. Не только работа на программе, а все годы на канале ТВ-6. Отличная, молодая была команда. С уникальной возможностью — сегодня придумать, а завтра уже сделать и показать на экране. И оказалось, законы драматургии, которые я постигала в театре, точно так же работают и на телевизионную аудиторию.
— «Наедине со всеми» вы тоже сами придумали?
— Нет. Идея программы-интервью появилась у Первого канала. А вот дальше мне предоставили карт-бланш. Нужно было придумать, как сделать ее оригинально: ведь отличиться в жанре интервью не так просто. Особенно с людьми популярными, у которых были тысячи интервьюеров.
— Смотрели, как работают мэтры — Познер, Донахью, Опра Уинфри?
— Конечно, особенно много смотрела Опру. Не для того, чтобы ее калькировать, — это невозможно. Я смотрела, как работает проект в целом. С поправкой на наш менталитет. Например, американцы всегда очень коротко отвечают на вопрос. Мы же склонны к длинным рассуждениям.
— В театре есть понятие «сверхзадача». А у телеведущей?
— Желание увидеть человека с новой стороны. Развернуть его теми гранями, на которые раньше никто не обращал внимания.
— Кто приглашает героев? Вы или редакторы?
— Отчасти и я. Но: Если бы программа, скажем, выходила раз в неделю, это был бы точно только мой выбор. Но ежедневный эфир требует гораздо более широкого охвата гостей. И даже если человек мне лично не совсем интересен, я пытаюсь постичь, чем же он интересен аудитории. Например, певица Натали — это был выбор редакции. Я слышала, конечно, «Ветер с моря дул:» и «О боже, какой мужчина!» из какого-то утюга: Признаться, это не моя эстетика. Но Натали очень популярна. И знаете, это для меня довод. Я с большим уважением отношусь к успеху, что не очень-то принято в нашей ментальности. А зря! Особенно если успех не продюсерский, не математически высчитанный. А когда человек попадает людям в сердце, когда его любят — как Натали... Это не случайность. И, кстати, далеко не каждому публичному человеку это дано: добиться народной любви. В результате мне на самом деле было крайне любопытно с ней разговаривать.
— А встречаются закрытые личности, которые не подпускают к себе и на дюйм?
— Когда я начинала, мне казалось, что моя задача — открыть каждого человека. Потом поняла, что бывают случаи, когда это просто невозможно. Когда человек не хочет быть искренним категорически, считая это нарушением своей безопасности. Но, как выяснилось, это тоже по-своему портретирует.
— Самый трудный для вас собеседник?
— Люди, которые используют медийное пространство, чтобы просто «посветиться». Но сегодняшний зритель необыкновенно тонко чувствует неискренность. И в комментариях на сайте можно прочитать: «Везде говорит одно и то же... Зачем приходил (приходила)?»
— Найден оригинальный формат?
— Можно и так сказать. Хотя на американском телевидении этот формат уже прошел длинную дорогу. Например, когда Том Круз скачет по диванам у Опры Уинфри, говоря, что он влюблен в Кэти Холмс. Это уже, я бы сказала, даже извращенный вариант искренности. Потому что в какой-то момент массмедиа, да и сами участники шоу-бизнеса нащупали, что спонтанная реакция, доступность и абсолютное отсутствие имиджа «далекой звезды» — качества, повышающие рейтинги больше, чем любая выверенная строгая структура с биографическими деталями.
— Сейчас совсем по-другому воспринимается ваша недавняя беседа с Еленой Образцовой. Как здорово, что успели...
— У нас была встреча и с Риммой Васильевной Марковой. Я и тогда понимала, что разговариваю с живыми легендами. Каждая — личность уникальная, притом совершенно лишенная снобизма. Но и без напускной скромности. Равная самой себе и невероятно заразительная, обаятельная, самоироничная.
— Вам нужна публика в зале?
— Да. Это другая энергия разговора, другой ритм, нежели тет-а-тет.
— У вас на экране всегда прекрасные прическа, грим, костюм...
— Хотя мы все снимаем блоками и я гримируюсь один раз, дальше только поправка идет. Но гримеры и стилисты со мной работают прекрасные.
— Редакторы не подсказывают вопросы через микрофон в ухе?
— Нет. Для меня это неприемлемо. У меня этот микрофон только для технической связи. По ходу дела часто возникают импровизационные вопросы. Есть план разговора, но нет жесткой установки.
— У вас почти нет политиков. Почему?
— Стали появляться. Но! Мне ведь политики интересны не как трибуны, а как люди — отцы, мужья, сыновья: Это, кстати, дает отсвет и на всю деятельность человека. Опять же не каждый наш политик к этому готов.
— Наверняка первым был Жириновский...
— А вот и нет, первой ласточкой у нас стал Геннадий Зюганов, который и подстегнул остальных.
— Иностранцы на беседы приходят?
— Пока были всего две иностранки — Патрисия Каас и Наталья Орейро. И рейтинг оказался не очень высок. Думаю, проблема в общении через переводчика: это утомляет зрителя. И, конечно, имеет значение ментальность. У «наших» более знакомая система координат и переживаний. У «них» все по-другому — рассудочно, не так сердечно.
— А Владимира Путина не пробовали пригласить?
— Нет, хотя мне было бы очень любопытно. Я тут посмотрела немецкий документальный фильм о нем — там были такие неожиданные детали биографии: Причем он сам говорит о них в разговоре с журналистом. Круто. Но сейчас, думаю, такая попытка обречена.
— А поближе к выборам 2018 года?
— Надо еще сохранить до тех пор передачу.
— А сколько, по-вашему, она продержится в эфире?
— Понятия не имею. Говорят, любой театр живет 10 лет, а потом умирает. Телевидение в этом смысле менее предсказуемо. Количество факторов, влияющих на внимание аудитории, огромно. Это, знаете, как художник, чьи картины обожали, а потом забыли, а потом снова признали и покупают за миллионы. Волны не просчитать.
— Юля, а как же кино?
— С полнометражным кино у меня почему-то не сложилось. Возможно, потому что в 1994 году я простилась и с театром, и с кино и на десятилетие выпала из обоймы. Мне присылали сценарии — я их даже не читала, занимаясь только телевидением. А потом появилась в сериале «Бальзаковский возраст...» и плотно вошла в категорию актрисы телесериалов.
— Где мы скоро увидим вас?
— Весной выйдет большой сериал. Название пока не утверждено, но съемки закончились. Я там мама взрослой дочери и дочь своей матери.
— Не Вера Алентова ли играет вашу маму?
— Нет, это только в «Бальзаковском возрасте...» мы встретились в кадре.
— Пишут, что вы вообще не смотрите телевизор.
— Это правда.
— Почему?
— Скучно. Сериалы — могу изредка, но времени мало. В последние годы со мной произошел зрительский прорыв, когда появился «Голос». Ждали всей семьей пятницы. Как в детстве — мультиков!
— Остается время на театр?
— Я уже 10 лет работаю в антрепризе. Репертуарный театр по-прежнему не по моей занятости. Мне больше нравится быть свободной... Два с половиной года назад я поставила спектакль как режиссер со своими родителями. И очень хочу продолжить театральную режиссуру.
— Как, кстати, родители оценивают вашу телевизионную работу?
— С огромным уважением и интересом. С абсолютным признанием того, что я делаю свое дело.
— А дети смотрят?
— Нет. Они, слава богу, дома и так видят меня каждый день.
Штрихи к портрету
Юлия Меньшова родилась 28 июля 1969 года в Москве в семье кинорежиссера Владимира Меньшова и актрисы Веры Алентовой. Окончила Школу-студию МХАТ. Работала в МХТ им. Чехова. С 1994 года — на телевидении: на канале «ТВ-6 Москва», ведущая и продюсер ток-шоу «Я сама». Ведущая ток-шоу «Продолжение следует» («НТВ»), «Научите меня жить». С 2013 года — ведущая и автор ток-шоу «Наедине со всеми» на Первом канале. Снялась более чем в 10 фильмах и сериалах. Лауреат премии ТЭФИ. С мужем, актером театра и кино Игорем Гординым, воспитывает двух детей — Андрея и Таисию.
