На Восточном экономическом форуме разгорелась дискуссия о том, идет ли в стране деприватизация. Основанием стали иски Генпрокуратуры об изъятии собственности у бизнеса в пользу государства, которые начали приобретать массовый характер. Власти успокаивают: работа Генпрокуратуры «не связана с системными решениями». Но что на самом деле ждет нашу многострадальную экономику и общество? И может ли бизнес быть патриотичным?
Георгий Остапкович, директор Центра конъюнктурных исследований Высшей школы экономики
— Патриотичность бизнеса? Для меня это субстанция непонятная. Надо говорить о бизнесе социально ответственном, для которого главное — четкое исполнение налогового законодательства. Кардинальным образом пересматривать итоги приватизации 90-х смысла нет, только вред. По уму, любые масштабные перемены надо проводить на подъеме экономики или хотя бы в спокойное, мирное время. В целом же явного сдвига к огосударствлению экономики я не вижу. Доля государства растет, пожалуй, только в стратегических отраслях. В целом же частный бизнес эффективнее, что доказала история. Нам нет нужды снова входить в ту же воду с колхозами и плановой экономикой.
Олег Буклемишев, директор Центра исследования экономической политики МГУ
— Огосударствление — использование финансовых активов в интересах общества. Сейчас же одни финансовые группы, теснее приближенные к государству, получают активы от других. В России, получается, есть два «патриотичных» бизнеса: один — с точки зрения государства и текущего момента, другой — с точки зрения общества и будущего.
Олег Шеин, депутат областной думы Астрахани
— Идет всего лишь процесс перераспределения активов. Ну и кому из обычных россиян станет от этого лучше и легче жить? К слову, крупные госкомпании долго выводили российские активы за рубеж, используя административный ресурс, подгоняли в своих интересах налоговое законодательство, а сейчас их выставляют оплотом державности и патриотизма.
Игорь Николаев, экономист
— Бизнес, который работает в стране, платит налоги и зарплаты, уже патриотичен по сути. И то, что мы видим по части так называемой деприватизации, явление далеко не массовое. Это сигнал бизнесу: платите налоги, а то отберем. У Кремля нет задачи огосударствить экономику, взвалить себе на плечи еще и такую ношу. Но мы видели, как уходили крупные западные фирмы: далеко не все из них добиваются компенсаций за вложенные усилия и деньги. И на это смотрят, к примеру, китайские компании, которые могли бы занять пустующие ниши. Смотрят и делают выводы: нужно быть осторожнее, не так уж в России хорошо соблюдают правила игры. Властям стоит задуматься об этой проблеме. Страна должна быть привлекательна для инвестиций.
Василий Колташов, директор Института нового общества
— Принимаются меры против скрытой приватизации ВПК, возвращение командных высот экономики государству — неизбежный итог кризиса еще 2008 года. Идеология дерегулирования и свободного движения капиталов устарела.
