Министр финансов Антон Силуанов по зернышку клюет, но сыт, похоже, никогда не бывает. А потому 2025 год для российских ветеранов начнется с сокращения индексации трудовых пенсий по старости. Как будто других вариантов пополнения бюджета не осталось.
По закону размер пенсий должен пересматриваться ежегодно — с ростом на уровень инфляции предыдущего года. В минувшем ноябре, по данным Росстата, рост цен в годовом исчислении уже составил 8,88%, Центробанк спрогнозировал итоговый показатель не менее 8,5%, а Минэкономразвития — 9,32%. Но Минфин объявил: трудовые пенсии проиндексируют на 7,3% — такой была годовая российская инфляция в октябре.
Теперь посчитаем, как этот «фокус наперсточников» отразится на россиянах почтенного возраста. По данным Росстата, размер пенсии по старости в 2024 году составлял 22 352,9 рубля. При индексации в 9,32% (цифра Минэкономразвития) в 2025 году ежемесячная пенсия должна была вырасти на 2083,2 рубля. Но повысят ее лишь на 7,3%, или на 1631,7 рубля. Разница — 451,5 рубля в месяц в пользу казны, которая таким образом в 2025 году будет ежемесячно экономить более 18 млрд рублей.
Еще на одном «фокусе» Минфин уже не просто сэкономит, а реально добавит в федеральную казну более 20 млрд рублей в виде 25% административных штрафов, взимаемых по всей стране с россиян за нарушения правил дорожного движения. До сих пор они полностью зачислялись в региональные бюджеты — шли на улучшение дорожной обстановки в медвежьих углах, ремонты и замены светофоров и дорожных знаков, иногда и на премирование инспекторской службы. Теперь Минфин велел поделиться: четверть штрафных рублей, собранных в каждой области, придется отдать в федеральную казну. Для того и штрафы повысят (см. в этом номере комментарий «С водителей возьмут больше»).
Как говорит один из ведущих российских экспертов Наталья Зубаревич, центр забирает у регионов значительную часть налогов, «в этом смысле политика в отношении субъектов Федерации у нас просто колониальная!». В итоге собственных доходов у них меньше, чем расходов, и совокупные долги превышают 3 трлн рублей — больше половины всех нефтегазовых доходов страны. А потому минувший отопительный сезон — 2023/24 был одним из самых сложных для коммунальных служб за последние два десятилетия, и нынешний начался не лучше.
Новые вызовы ожидают ведущие отрасли российской экономики в наступающем, 2025 году. Причины не только в усиливающихся западных санкциях, по числу которых Россия уже перегнала Иран, находящийся под ограничениями более 40 лет. Страну могут ожидать проблемы с нефтедобычей — основным наполнителем бюджета. Причина от нас не зависит: страны ОПЕК+ договорились продлить соглашение о сокращении добычи на весь 2025 год. А наша угольная отрасль еще в 2024 году из прибыльной перешла в убыточные из-за низкого спроса и падения цен на основных экспортных рынках. Для России это стало проблемой, когда сократили закупки угля наши основные покупатели Китай и Индия. После чего убыток отрасли за 2024 год еще до налогообложения составил 34 млрд рублей.
Падают поставки за рубеж и стальной продукции — проката, арматуры и труб — тоже из-за снижения мировых цен, обусловленного наплывом дешевого китайского проката. Однако в России, как жалуется «Северсталь», к ухудшению показателей в отрасли привело прежде всего сокращение внутренних заказов строительного комплекса из-за уменьшения проектов сооружения торговой, офисной и складской недвижимости, резкого снижения закладки новых жилых многоквартирных домов из-за свертывания ипотечного кредитования. В результате выплавку стали сократили все российские производители металла.
Проблемы внутреннего рынка могут обостриться, даже если в наступающем году сбудутся прогнозы аналитиков о скором замирении украинского конфликта. Ведь мир не достается даром даже в глубоком тылу. И если нынче многие отрасли экономики страны страдают от кадрового дефицита, то неизбежный возврат к мирной жизни вполне закономерно приведет к обратному. Как сообщил недавно президент Владимир Путин, только за два последних года на СВО по контрактам с действующего производства ушли более 700 тысяч добровольцев. Большая часть из них должна вернуться обратно — на «мирные» зарплаты, которые в разы ниже «контрактных». Обрадуются ли такому падению заработка?
Предприятия оборонного комплекса за последние три года тоже интенсивно наращивали не только выпуск продукции, но и выплачиваемые зарплаты. Конечно, в мирное время они продолжат производить вооружение и военную технику для пополнения опустевших военных складов, но вряд ли с такой же скоростью, в таких же объемах и за ту же цену. Тем временем бесстрастная статистика уже зафиксировала: за январь — октябрь 2024 года поступления от налога на доходы физических лиц в бюджеты регионов России увеличились на 27%, что является максимальным ростом за 12 лет. Нетрудно догадаться, что этот налоговый рост в своем большинстве явился следствием увеличения оплаты труда в оборонке.
Население регионов с преобладающими объемами военных производств это не могло не радовать. К примеру, Курганская область с гордостью рапортует, что вошла в число лидеров по темпам роста строительства жилья в УрФО: за семь месяцев 2024-го здесь ввели около 235 тысяч квадратных метров — на 18% больше, чем годом ранее. Жилье строят без столичных излишеств, но в Кургане ипотечный лимит — 6 млн рублей, и большинству семей этого достаточно на новую квартиру.
Это не все: уже третий год в области покупают все больше автомашин. «Спрос на новые авто в Курганской области увеличился на 57%», — сообщают аналитики рынка. Хотя и средняя цена нового автомобиля выросла на 38%. Но покупателей это не очень-то пугает.
Статистика о нас много знает, в том числе о материальном благополучии граждан в дни мира и в дни войны. К примеру, может рассказать, что оборот розничной торговли за январь — июнь 2024 года вырос в Дальневосточном федеральном округе лишь на 5,3% в сравнении с прошлогодним, а в Центральном федеральном округе — на 9,1%. Что в Липецкой области рост потребительских расходов составил 10,8%, в Псковской — 13,0%, в Адыгее — 24,6%, в Удмуртии и Чувашии — по 12%, в Туве — 16,1%, а вот в Калужской области — лишь 2,9%. И сразу становится понятным, где размещено больше оборонных производств или лучше идет набор добровольцев-контрактников, семьи которых стали побогаче жить.
Но еще интереснее банковская статистика, согласно которой 1 ноября 2024 года общий объем денег физлиц в банках составил 52,63 трлн рублей, из которых на долгосрочных депозитах хранится более 51 трлн. А всего три года назад в банковских заначках граждан было 33,2 трлн. Для сравнения: в прошлом, 2023 году вся доходная часть федерального бюджета России составляла 28,67 трлн рублей. То есть население не только почти вдвое разбогатело, но откладывает на депозит значительную часть возросших доходов и даже понесло на банковские счета заначку из-под матрасов. Это выгодно: даже при основном капитале около миллиона годовые выплаты в 23-24% принесут вкладчику не меньше официального прожиточного минимума ежемесячно. Спрашивается: зачем работать гражданам и инвестировать в производство предприятиям, если можно просто положить деньги на банковский депозит?
Конечно, государству (и бизнесу!) было бы выгоднее, если б россияне вложили свои накопления в акции перспективных компаний. Которым при «мирном» развитии политической ситуации в самое ближайшее время и позарез потребуются средства для обновления и развития производства. Но... Кто же теперь знает, какие компании окажутся перспективными, а какие прогорят? Сегодня даже акции «Газпрома» подешевели до минимума с января 2009 года, потеряв за один лишь нынешний год треть стоимости. Акции «Норникеля» подорожали всего на 4,6%, «Русала» — упали на 14%. С банковскими десятками процентов не сравнить.
Но возникает вопрос: насколько надежны нынче банковские депозиты с такими сумасшедшими процентами, не грозит ли им заморозка или частичная конфискация? Ведь печальный опыт Сбербанка у россиян имеется. У некоторых экономистов есть на этот счет предположения: в России может быть реализован «кипрский сценарий». Поводом для его применения может стать «ипотечный кризис», если девелоперы, строящие новое жилье на банковские кредиты, не смогут вовремя продать достаточное количество жилья для расчета с банками. И потребуют отсрочки уплаты хотя бы процентов по кредитам — возможно, с принятием соответствующего закона.
К чему это может привести? Банки останутся без денег, которые они получили от вкладчиков, ожидающих большие проценты на свои депозиты. Спасти граждан от разорения, а банки — от банкротства может лишь Центральный банк РФ, но не в таких массовых ситуациях... Хочется утешить вкладчиков, но оптимистом быть не получается.
А в это время
Десять лет назад в банковском секторе Кипра был проведен масштабный эксперимент по частичной экспроприации средств вкладчиков, размещенных на депозитах кредитных организаций. Подробно описывать ситуацию нет смысла, но она была похожа на сегодняшнюю в России. И значительная часть депозитов кипрских банков, примерно пятая часть, принадлежала гражданам российского происхождения. Они и пострадали. С каждого депозита, размер которого превышал 100 тысяч евро, проводилось единовременное списание 9,9%. В СМИ эту величину называли «кипрской десятиной». С депозитов меньше этой суммы — 6,75%. Решение распространялось абсолютно на всех — от корпораций до школьников и граждан других государств. Таким образом, россияне потеряли от 800 млн до 3,5 млрд евро.
«Стрижка» была проведена в марте 2013 года. А в апреле того же года президент Республики Кипр Никос Анастасиадис сказал: «Я искренне надеюсь, что этот прецедент в отношении Кипра не будет применяться где-нибудь еще в Европе».
